Мастер куксандо Альгирдас Кумжа

Дипломат, сигнатарий Акта о восстановлении Литовского государства Альгардас Кумжа практикует куксандо уже пятнадцать лет. В 2019 г. ему был присвоен титул мастера куксандо (черный пояс). В Южной Корее он получил квалификацию международного учителя куксандо. Альгирдас – первый в Литве мастер куксандо.

Альгирдас Кумжа является автором книг «Куксандо. Дорожная книга» (2019, Alma Littera), «Гималаи. Дневник одной экспедиции» (2020, BALTO leidybos namai), «Раса. Под крылом ангела» (2019, Alma Littera).

Как все начиналось?

Из книги Альгирдаса Кумжи «Куксандо. Дорожная книга» (Вильнюс, 2019).

В Сеуле Чин Мок пообещал мне, что через несколько месяцев практики куксандо я полностью поменяюсь, у меня будет другой взгляд, цвет глаз и кожи, я буду яснее мыслить, а восприятие станет более свежим. Исчезнут стресс, бессонница и ночные демон, а по телу разольется эликсир молодости. От меня требуется совсем немного — ежедневная практика в течение получаса, но лучше заниматься час или полтора.

Еще во время восхождения вместе с мастером на гору Кайлас я ощутил, что куксандо – это как порыв мощной энергии. Восточная мудрость казалась бесконечно интересной, мистической, экзотичной. Я ощущал себя избранным, потому что куксандо еще совсем недавно было тайным учение гор, доступным только мудрецам-подвижникам, бесстрашным воинам и императорам. Мне казалось, что принадлежу к какому-то тайному восточному ордену, непревзойденным предводителем которого был Чин Мок. Он щедро делился со мной всеми секретами учения и едва ли не каждый день уговаривал стать посланником этого учения в Европе. Меня всегда интересовали тайны Востока, мне близки звуки, запахи и цвета  Азии, но куксандо требовало резко изменить ритм и философию жизни.

К тому времени к мудрости Востока я относился с западным высокомерием, но в один прекрасный день произошла история, которая заставила меня начать систематически практиковать куксандо. Западный лоск потускнел, когда врачи в мою медицинскую карточку вписали диагноз «синдром беспокойных ног». Упорные боли мучили меня до утра и не давали уснуть. Днем все прекращалось, зато ночью начиналась невыносимая ломота в ногах.

Доктора восточной медицины в Сеуле посоветовали мне практиковать куксандо. Довольно быстро я увидел свет в конце тоннеля, а через несколько месяцев боли полностью исчезли и не возвращаются до сих пор.

Учитель куксандо Тома Кумжене

Тома Кумжене занимается куксандо уже четыре года. Сейчас она изучает эрготерапию и совершенствует свои знания у знаменитого специалиста по восточной медицине, основателя Института традиционной корейского медицины д-ра Гэри Вагмана (США).

Тома – инструктор по оздоровительным практикам, член Европейской реестра инструкторов-профессионалов оздоровительных практик, ее диплом позволяет ей работать в любой стране Европы.

Тома в свое время окончила Вильнюсскую художественную академию по специальности «менеджер в области дизайна и культуры», магистратуру по программе руководителей в Университете менеджмента и экономики ISM, Норвежскую бизнес-школу.

Тома. Роковое знакомство в Тибете

Из книги Альгирдаса Кумжи «Гималаи. Дневник одной экспедиции» (Вильнюс, 2020)

Осень 2005 г. Последний день паломничества. Медленно светает. У подножия святой горы Кайлас мы наспех едим застревающую в горле кашу и двигаемся вверх. В небе одна за другой гаснут звезды, местные паломники только просыпаются. Большинство палаток не ставит – на шкуру легли, шкурой укрылись. На усах и волосах иней, кипятят воду для чая. Приглашают и нас, предлагают цампу – свою повседневную еду из простой муки и воды. Шесть заиндевевших яков тянут нашу поклажу. Сегодня предстоит подняться на высоту пять с половиной километров, а потом еще много часов спускаться вниз.

По самой жаре добираемся до высочайшей точки – седловины перехода через плоскогорье. Высота – 5560 метров. Паломники группками садятся в круг и делятся цампой. Счастливый тибетец дает и мне. Печет раскаленное солнце, вокруг магические виды гор, но священный круг еще не завершен. Мы уже спешим к речке, где нам был обещан ночлег. Спустя три часа узнаем, что ночевки здесь не будет, придется спускаться еще часов пять. Все уже обессилели, а больше всех японец Йошия. Впереди еще три часа пути, а лицо японца искажает гримаса боли и он падает на камни, прижав руку к правому боку. Падает Йошия на камень и не шевелится. Проверяю: живой, дышит, но сегодня для него поход закончен! Проводники уже далеко впереди, единственная надежда японца — это мы с Томой. Бледный Йошия тихо стонет, а солнце уже уходит за кромку скалы. Когда оно зайдет, землю скует мороз. Йошия – крупный мужчина, такого долго на спине не протащишь. Хорошо бы носилки, но вокруг ни одного деревца, одни только камни, отшлифованные ветром. Ни одной живой души, только горемыка-японец, да мы с Томой. Шумит бурная река, рядом с нами на камень садится взъерошенная ворона.

Оба тихо думаем, что делать дальше.

– Ты сторожи Йошию, а я спущусь вниз поищу лошадь, – вдруг говорит Тома

– Одна? Вниз?

Тома уже ничего не слышит, набрасывает рюкзак и спускается под гору. Медленно тянется время. Чая у меня уже нет, набираю воды из реки и даю пить больному. Иногда мне начинает казаться, что он не дышит. Тогда хватаю его руку и проверяю пульс – сердечный ритм все медленнее. Вокруг ни живой души, только камни и Кайлас. Ворона улетает и не возвращается. Пастельно-розовые вечерные краски сменяются холодным светом приближающейся ночи, тело обессилевшего японца бьет дрожь.

Через три часа на горизонте показывается всадник. Вдвоем с ним мы забрасываем беднягу на лошадь и медленно двигаемся вниз. В лагерь входим уже в полной темноте. Вместе с нами путешествует кореец Чин Мок — мастер тысячелетнего учения куксандо и опытный доктор акупрессуры. Он немедленно укладывает японца на землю и начинает давить на разные точки. «Страшный хаос в животе у японца — органы не могут договориться», – объясняет доктор Чин Мок. Акупрессура и горячий компресс через полчаса ставят Йоши на ноги.

Японец ходит по лагерю и перед всеми склоняется в благодарном поклоне: аригато, аригато!

– Я боялась, что Йоши умрет, – говорила Тома. – Страх перед незнакомой дороге был меньше. Сначала мне казалось, что дорога одна, и она меня приведет в лагерь. Но вскоре она стал разветвляться. Начало смеркаться, заметно похолодало, вокруг ни души. Вбежала в лагерь уже совсем в сумерках, конюх курил у костра, мой рассказ об упавшем японце его не впечатлил. Тогда я подошла к нему совсем близко и решительно показала, куда он должен ехать. Недовольный, он взобрался на лошадь и направился к вершине горы.

Тома успокоилась, когда Чин Мок поставил больного на ноги Но адреналин еще давал о себе знать, и она долго сквозь дырку в палатке смотрела в темноту, в которую погрузились необъятные просторы Тибета. А когда наконец заснула, на нее упал вьючный як, запутавшийся в веревках палатки.

Тома с мастером Чин Моком в горах

Первые занятия куксандо в Тибете в 2005 году